Известные армяне Бельгии: Погос Ялим, человек, посвятивший свою идентичность служению

Сознание, сформировавшееся с раннего возраста, которое впоследствии стало общественной миссией. Жизнь и пройденный путь бельгийского врача армянского происхождения Погоса Ялима - это не просто личная биография. Это история целого поколения, история депортации, сохранения идентичности, сопротивления и служения. Его имя в жизни армянской общины Бельгии ассоциируется с профессией врача, с национальным самосознанием, образовательными инициативами и ответственностью перед обществом. Но в основе всего этого пути лежит одна ключевая идея: быть армянином - это не только вопрос национальной принадлежности, а вопрос ответственности.

В рамках цикла “Известные армяне Бельгии” корреспондент “Арменпресс” в Брюсселе встретилась с доктором Погосом Ялимом.

Предки Погоса Ялима родом из Вана, но еще до Геноцида армян они переехали дальше, в район Сгерд, и после Геноцида продолжали жить там. Они жили в горных, относительно изолированных условиях, вдали от крупных центров и в ограниченном контакте с другими народами. В этой среде армянская идентичность сохранялась естественным, но и упорным образом. Связи в основном были с езидами, с внешним миром довольно долго они были очень слабыми. Это изолированное существование даже создало впечатление, что они, возможно, единственные армяне, спасшиеся от геноцида.

И только после 1960-х годов установилась связь с армянами Константинополя. В 1969 году Погос Ялим переехал в Константинополь и посещал армянскую школу. Это время было одной из важных вех его жизни. Здесь он приобрел не только образование, но и более широкое представление о различных кругах армянства, их страхах, осторожности и поведении в целях самозащиты. Именно здесь он впервые понял, что многие скрывают свое происхождение, избегают говорить по-армянски, опасаются открыто признавать себя армянами. Для него это было странно и даже непонятно, потому что в среде, в которой он вырос, никогда не скрывалось, что он армянин.

В его мире идентичность не была личной тайной, а естественным образом жизни. В своей общине они не только никогда не отказывались от армянства, но в некоторых случаях даже защищали его с оружием в руках. Именно поэтому в сознании Погоса Ялима уже давно сформировалось убеждение, что вы не сохраните идентичность, храня молчание, вы сохраните ее, живя ею, выражая и защищая ее.

1980-е годы в Турции были тяжелыми и взрывоопасными. Политическая нестабильность, военные интервенции, репрессии и аресты создали новые опасности, особенно для молодёжи. В те годы Погосу Ялиму было всего 17 лет. Но уже с этого возраста стало ясно, что оставаться в этой стране небезопасно. Молодых людей из его окружения начали арестовывать, и родилось одно неизбежное решение: он должен уехать.

Тогда многие страны Европы уже ввели визовые ограничения для граждан Турции. Франция, Голландия и другие страны закрыли для них въезд. Единственной реальной возможностью выезда была Бельгия, куда еще можно было приехать без визы. Заранее была установлена связь с местным армянской общиной, была также встреча со архиепископом, чтобы организовать переселение группы армян из Турции. И это произошло. Погос Ялим приехал в Бельгию и поселился там.

Однако эта возможность просуществовала недолго. Вскоре после этого Бельгия также ввела визовый режим для граждан Турции. Но этот переезд был не просто переменой географического места. Это было началом целого жизненного опыта в новой стране, с новым языком, в новом обществе, но с той же идентичностью и той же внутренней стойкостью.

Приехав в Бельгию, Погос Ялим столкнулся с обычным выбором иммигранта: работать или продолжать учёбу. Он ещё не закончил старшую школу, не знал языка, и впереди его ждало множество трудностей. Но он давно уже решил, что его путь — это путь образования. Семнадцатилетний юноша представлял себя скорее студентом, чем работником.

Первым серьёзным препятствием стал язык. Он поступил в языковую школу и, всего за несколько месяцев приобретя знания языка, начал учёбу. Но вскоре стало очевидным важное обстоятельство. Образование, полученное в армянской школе в Константинополе, дало ему серьёзное преимущество. Его подготовка по математике, физике, химии и ряду других предметов была довольно высокой. Языковые проблемы, конечно, остались, но эти знания помогли ему не потерять уверенность в себе в процессе интеграции, а также наладить взаимопонимание с окружающими. На этой основе он продолжил учёбу и позже поступил в медицинский университет, выбрав профессию, которая позже должна была стать еще одной формой его служения.

Приехав в Бельгию, Погос Ялим не только пытался построить личную жизнь, он сразу же вступи в общественную реальность. Он и многие другие молодые армяне из Турции идеологически были подготовлены. В Турции они уже поняли, что идентичность нужно защищать, и именно с этим осознанием участвовали в общественной жизни. Но в Бельгии их ждало другое осложнение: представления местной армянской общины и новоприбывших часто не совпадали.

В Бельгии уже существовали общинные круги, сформированные приехавшими ранее армянами, но их поведение было более закрытым. Тех, кто приехал из Турции, часто спрашивали, кто они, зачем приехали, каковы их цели. Такое отношение было непонятно Погосу Ялиму и его сверстникам. Им казалось, что община должна быть более открытой, более организованной, более требовательной.

В те годы в Бельгии не было армянской школы, не было развитой образовательной и духовной инфраструктуры. Было лишь недавно приобретенное здание, в перестройке которого Погос Ялим и его друзья принимали непосредственное участие. Но вскоре стало очевидно, что их взгляды гораздо шире. Они не хотели просто поддерживать общинное существование. Они хотели организовать защиту идентичности, образование, мобилизацию молодежи и общественную жизнь, построенную на национальном достоинстве.

Это различие особенно ярко проявилось в восприятии даты 24 апреля. В Турции у них не было возможности открыто чтить память жертв Геноцида армян. А в Бельгии они видели, что этот день часто отмечался в закрытых залах, в ограниченном кругу. Для них этого было недостаточно. По их мнению, им нужно было выйти на площадь, встать перед турецким посольством и требовать возмещения ущерба и защиты прав армян.

Но все это не рзочаровало Погоса Ялима и его окружение. Они выбрали действие. Одним из первых шагов стало объединение молодежи, и для этой цели была создана футбольная команда “Армения”. Команда действовала около двух лет и стала одной из первых живых платформ для объединения. Это была не просто спортивная инициатива. Это была также форма социальной, культурной и национальной связи.

Позже, когда начали прибывать новые работникииз Турции, дух общности укрепился. И Погос Ялим понял, что нужно объединяться не только вокруг происхождения, но и вокруг ценностей. Вскоре в Бельгию стали прибывать и армяне из Сирии и других стран, столкнувшиеся с теми же проблемами: жилье, документы, статус, интеграция. Большинство из них не получали поддержки от существующих кругов. В этих условиях Погос Ялим и его единомышленники протянули руку помощи сотням семей.

Это была не благотворительность в классическом смысле. Это была ответственность, обязанность, служение, рожденное чувством идентичности. Исходя из этого же чувства в 1982 году сначала был сформирован комитет, а затем основан Союз армянских демократов Бельгии. Эта структура стала не только организационной формой, но и мировоззрением, убежденностью, что армянская диаспора должна быть  осознанной, организованной и активной.

В жизни Погоса Ялима прочессия врача никогда не отзделялась от сути человека. По его мнению, прежде всего надо быть хорошим человек, в противном случае не стать хорошим врачом. Человечность - это основа, на которой строятся профессия, национальная принадлежность, общественная роль.

Именно это убеждение побуждало его на протяжении многих лет помогать не только армянам, но и многим другим людям: курдам, езидам, людям, оказавшимся в сложных правовых и социальных ситуациях. Он переводил, поддерживал, предоставлял бесплатные консультации и особенно помогал тем, у кого даже не было документов, подтверждающих вид на жительство. Для него всё это никогда не было дополнительной работой. Это было естественным продолжением человеческого долга.

Профессия врача стала в его жизни не только средством профессионального самовыражения, но и средством служения обществу. И именно в этом образ Погоса Ялима предстает во всей своей полноте: врач, общественный деятель, но прежде всего — человек.

Язык занимает центральное место в мышлении Погоса Ялима. Для него сохранение идентичности должно начинаться со школы. Именно поэтому одной из важнейших инициатив в жизни общины стало создание армянской школы. Первая армянская школа в Бельгии была открыта именно с этим убеждением: язык, культура и коллективная память должны передаваться в организованной среде.

Хотя армянская школа была и раньше, она прекратила свою деятельность после 1970-х годов. Новой волей началась новая веха. После школы были организованы первая танцевальная группа и первый футбольный клуб, и все это постепенно изменило структуру общины. Подключились и другие, проявили инициативу и стали понимать, что идентичность сохраняется не только словами, но и через институты, участие и живую среду.

Сегодня, когда в школе уже сотни детей, Погос Ялим особенно подчеркивает одно: ребенок должен чувствовать, что он не одинок. В диаспоре это имеет решающее значение. В местных школах армянский ребенок часто может быть единственным армянином, или, в лучшем случае, одним из одного-двух армян. В таких условиях армянская субботняя школа становится не только местом изучения языка, но и местом, где человек чувствует себя частью чего-то целого.

В понимании Погоса Ялима армянство — это способность быть вместе и работать вместе. Это самозащита, но не изоляция. Это сохранение идентичности, но не ненависть к другим. Одно из важных отличий для него заключается в том, что не следует становиться националистом. Национализм не создает ничего полезного. Но патриотизм — сознательный, ответственный, достойный патриотизм — необходим для сохранения армянства.

Он часто думает об армянстве не только на национальном, но и на универсальном уровне. Если человечество борется за предотвращение вымирания любого вида животных, то как оно может оставаться равнодушным к исчезновению народа, языка, культуры? Это сравнение выражает его глубокую убежденность в том, что быть армянином — это богатство, и потеря этого богатства означала бы потерю самих себя. Армения также занимает центральное место во всем мышлении Погоса Ялима. Для него диаспора может долго существовать только при наличии Родины, с которой она связана не только эмоционально, но и на онтологическом уровне. Армения, по его мнению, является главной опорой для возрождения, выживания и преемственности диаспоры. Без Армении диаспора не проживет долго. Эта идея для него не теория, а вывод из прожитой жизни.

Он также убежден, что потенциал диаспоры часто не был осознан в полной мере понят и не был использован. Временами власти пытались просто использовать диаспору, не понимая ее реального потенциала и роли. Между тем, организованная диаспора может быть гораздо большей силой, если рассматривать ее не как инструмент, а в рамках логики партнерства.

Говоря о докторе Погосе Ялиме, трудно отделить профессию, национальную идентичность, общественную деятельность и его человеческий облик. Они являются взаимодополняющими слоями в его жизни. Он один из тех людей, для которых принадлежность к армянской общине никогда не была формальной характеристикой. Это было осознание, стойкость, образование, организация, помощь, служение и наследие.

Его путь показывает, что идентичность — это не только память. Это работа, обязательство, ежедневный выбор. И благодаря этому выбору Погос Ялим стал не просто врачом, но и личностью с историей формирования, образования, укрепления и сохранения идентичности армянской общины Бельгии.