Единственная причина, по которой я стал кинопродюсером, — это то, что я армянин - Сев Оганян

Американский продюсер и сценарист армянского происхождения Сев Оганян создает фильмы с 2010 года. Он рассказывает интересные истории на языке кино не только об отдельных людях, но и о национальных меньшинствах, своих соотечественниках, затрагивает различные культуры и субкультуры, показывая миру, что каждый имеет право занять свое место под этим небом.

Фильмы Оганяна, сочетающие в себе комедию, драму и триллер, завоевали множество престижных наград, но самыми ожидаемыми стали «Золотой глобус» и «Оскар» за фильм Sinners («Грешники»).

Недавно Сев Оганян был гостем Ереванского международного кинофестиваля Golden Apricot, в рамках которого ему была присуждена премия «Мастер», отметив, что она ему очень дорога.

Корреспондент Арменпресс не упустила возможности встретиться с продюсером и задать ему несколько вопросов.

— Вы были в Армении несколько лет назад. Конечно, к тому времени у вас уже были награды, но на этот раз Ваш фильм получил и «Золотой глобус», и «Оскар». Вернулись ли Вы с чувством ответственности и гордости?

— Для меня важно, чтобы молодые люди, которые хотят снимать фильмы, видели, что кому-то удалось завоевать такие награды. Я хочу, чтобы они видели, что я гордый армянин. Везде, где это возможно, я говорю о том, что я армянин, я всегда на связи с армянскими союзами, потому что хочу работать эффективно. Я хочу, чтобы зарубежные компании, с которыми я сотрудничаю — Warner Bros., Universal, Sony — знали, что я армянин. Warner Bros. требовала большие деньги за показ фильма на кинофестивале Golden Apricot, но я позвонил президенту компании и сказал, что это армянский кинофестиваль, и все должно быть сделано бесплатно. Он ответил: «О, я не знал, что это для тебя, для Армении». Они поняли, насколько это важно для меня. Моя цель — продолжать свою работу и достигать новых высот, и чтобы все армяне знали, что если я могу двигаться вперед с этой работой, то и они тоже могут.

Я кинопродюсер, но я армянин. Единственная причина, по которой я стал кинопродюсером, — это моя армянская национальность. Армянский народ любил меня, платил за мои фильмы, смотрел их, аплодировал им. Эта поддержка укрепила меня и дала возможность двигаться вперед.

— Можно ли сказать, что кино — один из самых простых способов достучаться до людей?

— Да. Если кто-то видит хорошую историю в фильме, она становится частью этого человека. Последние несколько лет были довольно сложными для армян, и я ничего не могу с этим поделать, потому что я не политик, не лидер, но я могу снимать фильмы, чтобы весь мир увидел, насколько мы, армяне, умны, горды, хороши. Это моя работа, и я постепенно её выполняю.

— Известный французский актер армянского проирсхождения Симон Абгарян также находится в Армении в рамках кинофестиваля, и его персонажи тоже говорят об армянах, представляя наши проблемы миру. Как Вы думаете, это типично для малых наций, или…

— То, что мы малая нация, но имеем такую ​​историю, — наша сила, потому что это сближает нас, объединяет. Один из моих друзей, с которым я также работаю, — индиец, живущий в Америке. Их много. Если я скажу ему, что несколько дней назад встретил индийца, ему это не будет интересно, для него это не будет важно. Если кто-то скажет мне, что встретил армянина, который готовит разные блюда, я безмерно радуюсь, стараюсь найти его, провести с ним время, потому что в нем я нахожу брата или сестру. Да, мы маленькая нация, но мы можем больше помогать друг другу.

— И в Вашем первом фильме My Big Fat Armenian Family («Моя большая армянская семья») Вы показали наши особенности: заботу друг о друге, внимание. Как Вы думаете, армяне, живущие в Армении и диаспоре, сильно отличаются друг от друга?

— Я думаю, они должны отличаться. Сегодня мы показали этот фильм на кинофестивале. Я снимал его 18 лет назад. Пришли посмотреть фильм представители разных поколений. Они отметили, что армянские семьи в Америке и Армении очень похожи. В США мы иммигранты, меньшинство, и молодежь сталкивается с проблемой ассимиляции, они хотят говорить по-английски, проводить время как иностранцы, но даже в Армении так. Сегодня дети хотят заниматься другими делами, они не хотят жить как их родители. Это повсеместно.

— Как Вы стараетесь передать своему сыну Арену ценности, которые для Вас важны?

— Ему три года, он еще очень мал, но я говорю с ним по-армянски, провожу с ним много времени. Мы пока не разрешаем ему смотреть фильмы. Мы стараемся делать все возможное, чтобы развивать его воображение, но мы очень рады, потому что через три недели он пойдет в армянский детский сад. Я очень взволнован и с нетерпением жду момента, когда смогу привезти его в Армению. Когда самолет приземлился в аэропорту Еревана, я понял, что жду момента, когда он немного подрастет, и вся семья приедет сюда.

— Во время съемок фильма My Big Fat Armenian Family  было много забавных ситуаций. Расскажите об одной из них.

— Я снимал этот фильм до поступления в киношколу. Я точно не знал, что делать и как, я знал только, что у меня есть хороший сюжет. Мы начали съемки в первый день в 9:00 утра и закончили в 4:00 утра. В то время моей сестре, которая снималась в фильме, было 16 лет, моему другу — 17. В последней сцене фильма все стоят на улице в печали: отец кричит, мать плачет, все кричат. Когда мы закончили снимать сцену и хотели уехать, мы заметили три полицейские машины. Я подошел к ним, чтобы сказать, что мы снимаем, но они достали пистолеты и велели нам уехать. Мы были удивлены. Оказалось, что соседи не поняли, что мы снимаем, потому что там была только я со своей маленькой камерой, и мы кричали и говорили по-армянски. Они очень испугались. День был очень долгий, и нам запретили туда возвращаться, но на следующий день мы снова туда пошли, правда, снимали только днем. Это очень пугало. Я подумал, может быть, это Бог говорит мне, что мне не следует заниматься кино, но я решил продолжать работать.

— Вы как-то говорили, что часто хотели всё бросить, говорили, что это ваш последний фильм, но потом продолжали двигаться вперёд. Я вспомнила Шарля Азнавура. Он тоже много раз хотел свернуть с выбранного им пути, но в итоге победил. Меня интересует один вопрос: Вы говорите, что мнение посторонних людей для Вас очень важно. Когда Вы пишете сценарии, Вы многим людям их рассылаете, чтобы они оставили свои замечания. Не отвлекает ли это Вас от Вашей главной идеи?

— Я всегда хотел создавать фильмы, которые будет смотреть весь мир. Я создаю фильмы не для себя, а для всего мира. Я снимаю комедии и триллеры, и мне важно знать, смешная ли та или иная шутка, или страшный ли тот или иной эпизод. Это исследование позволяет мне всё делать лучше, но я не прошу указывать мне, как играть, я просто стараюсь понять, какое впечатление производит моя работа. Если я вижу, что она им нравится, значит, я выбрал правильный путь.

- А во время просмотра Ваших фильмов Вам хочется что-то изменить?

- Каждый раз так, но это естественно.

- В нашем предыдущем разговоре Вы сказали, что работаете над двумя проектами. Героиня одного из фильмов – армянка. На какой стадии проекты?

- В Голливуде все развивается очень медленно. Не хочу слишком много говорить о том, что нужно сделать, чтобы все было вовремя. Эти два проекта по армянской тематике очень важны для меня, и я хочу сделать все, чтобы гарантировать их успех. Обещаю, что с моей женой, продюсером Натали мы работаем. Надеюсь, что через несколько лет мы пожнем плоды этой работы.

- Еще раз спасибо за беседу. Мы гордимся Вами.

- Спасибо.